STRIDUR
- Соль, - Йен тронул девушку за плечо (так прикасаются к знамёнам и идолам). - Пора начинать.
Он встал и, отойдя на несколько шагов, обернулся. Меч потёк из ножен, как неторопливая река к далёкому морю.
Некуда торопиться. Всё равно дотечёт.
Соль продолжала сидеть на камне, не двигаясь. Она, кажется, даже не видела Йена и уж тем более не слышала, что он сказал.
- Соль, - негромко окликнул Йен снова. - Нам пора.
Медленно Соль подняла голову, и Йену вдруг показалось: она сейчас заплачет.
- Нам пора, Соль, - повторил он так ласково, как только мог.
- Я люблю тебя, - улыбнулась вдруг Соль.
Несколько мгновений - целую пряную, жгучую вечность, пока нежность плавилась в одном котле с гордостью, - Йен стоял, глядя, как струятся по золотым волосам фрейи солнечные блики. Ему хотелось отблагодарить её и за эту вечность, и за это её доверие, и за всё, что привело их в Круг и что случится в Круге, ободрить, поддержать, и, подойдя почти вплотную к Соль, он протянул ей руку.
- Так вставай же. Вставай, фрейя Соль!
Некуда торопиться. Но глупо притворяться, будто воды реки стоят.
Не пряча от Йена ни глаз, ни улыбки, Соль коротко мотнула головой.
- Я люблю тебя, - снова сказала она.
Йен нахмурился, а лицо Соль осветила радость: девушка словно не заметила, как сделался строже взгляд Йена и как плотно сомкнулись его губы. Вся она, Соль, была не здесь, не сейчас.
- Я не смогу тебя убить, - сказала Соль.
- Вздор! - отмахнулся Йен. - Ты можешь убить кого угодно. Ты достаточно сильна и ловка для этого.
- Ты не понял меня, любимый, - рассмеялась Соль. - Я не буду драться с тобой.
Йен с досадой дёрнул бровью.
- Мы в Круге, Соль, - спокойно напомнил он. - Отсюда мы не сможем выйти вместе, даже если захотим. Ты знала это, когда вызывала меня на поединок, и я это знал. Я не хотел унижать тебя отказом: ты достойный противник. Но мы уже в Круге.
Соль покачала головой.
- Я не буду драться с тобой, Йен. Я не знала, как люблю тебя, когда вызывала в Круг.
- А теперь знаешь?
- Теперь - знаю.
Йен растерянно посмотрел в глаза девушке.
- Соль… я не понимаю тебя. Любовь и смерть - это разные вещи, разве нет?
- Да, - опять улыбнулась Соль.
- Так что тебе мешает выйти против меня?
- Любовь.
- Любовь? - оглянувшись, Йен начал мерить шагами небольшую каменистую площадку, со всех сторон окружённую пустотой. - Что ты называешь любовью? Ты вызвала меня сюда биться на равных. Ты знала, что вместе нам отсюда не выйти, а теперь складываешь оружие и понуждаешь меня стать твоим палачом. Или, по-твоему, я должен покончить с собой? Это и есть любовь?
Соль опустила голову и долго ничего не отвечала.
- Это было глупо, вызывать тебя в Круг, - сказала она наконец.
Йен остановился. Вкрадчиво спросил: "И кто же должен ответить за эту глупость?" - и увидел, как задеревенели плечи Соль и как вся она стала собственным изваянием, а лицо её - безжизненной маской.
- Я, - глухо сказала она, наконец.
Йен перевёл дыхание.
- Тогда вставай, фрейя Соль. Не превращай любовь в самоуничижение.
Медленно, как сомнамбула, Соль встала с камня, прошла несколько шагов, отделявших её от Йена, и так же медленно опустилась перед ним на колени.
- Любовь унижать не может, - глядя ему прямо в глаза, твёрдо сказала Соль. - Прошу: пощади меня или убей.
Она не успела понять, что означал взгляд Йена, когда тот заносил над ней руку, державшую меч.
***
Труп ты оставил стервятникам.
Это было всё, что ты мог сделать в память о той Соль, которая когда-то научила тебя писать в слове "stridur" перевёрнутый тэйваз.
- Война, с кем бы она ни велась, всегда обращена внутрь себя, - говорила та Соль и писала руну вверх ногами. - Враг не вовне, враг внутри. И я пишу слово "война" так, чтобы никогда не забыть, с кем воюю.
Та Соль жила теперь в тебе: перевёрнутым тэйвазом, россыпью солнечных бликов на золоте волос, вечностью, выплавленной из соития нежности с гордостью.
Та Соль отреклась бы от любви, если бы ты посмел щадить её.
Та Соль…
Ты посмотрел в небо, и небо оказалось седым, как пепел.
Ты почувствовал щёлок во рту, сплюнул и пошёл к морю, вымыться; не потому что руки твои до сих пор были забрызганы кровью женщины, солгавшей: "Люблю", а потому что секунду назад ты и сам готов был солгать.
Не было ни "той" Соль, ни "этой". Она всегда была одна и всегда хотела дотянуться до тебя, Йена. До своего перевернутого вверх ногами тэйваза.
Тебе не нужны были лишние символы: ты и без них всегда помнил о главной войне.
Символы нужны были ей: она никогда не умела видеть и поэтому всегда стремилась назвать.
Не дойдя до моря совсем чуть-чуть, ты остановился, раскинул руки и выкрикнул в пустоту:
- Круг!
Столп осеннего моря взметнулся перед тобой и опал, растекаясь равнинною гладью посреди пустоты.
Фрейр Йен поднялся с камня тебе навстречу.
- Ты никогда не любил её, - прошептал он с тоской.
Боль полоснула по сердцу ледяными струями осеннего ливня.
- Не называй любовью то, что может унизить, - ответил ты.
И меч твой потёк из ножен, как река к далёкому морю.
|
|
